Гильермо дель Торо



Мексиканский режиссер, сценарист, писатель и продюсер Гильермо дель Торо, несмотря на относительно молодой возраст, может быть запросто причислен к когорте тех самых “отцов Голливуда”, о которых если и говорить, то с невероятным уважением к их заслугам и регалиям. Конечно, он вовсе не Скорсезе и не Кэмерон, да и сам дель Торо здорово бы удивился, если бы услышал, что его, скромного писателя-фантаста и создателя комиксов, сравнивают с такими киномонстрами, но степень его участия в современном кинопроцессе такова, что ни один из масштабных фэнтезийных проектов не обходится без упоминания его имени — взять хотя бы “Хоббита”, “Тихоокеанский рубеж”, “Хэллбой”.
 
Стиль дель Торо сложился под влиянием мексиканской католический культуры, где местные ритуалы и обряды сильно трансформируют каноническое учение. Что бы он ни делал, в его работах сочетаются прекрасные сказки и мрачнейшие ужасы современного мира, и именно это создает удивительный авторский почерк режиссера и сценариста.
 
История, в конечном счете, это инвентаризация наших призраков
 
Начало
 
Дель Торо, в отличие от многих собратьев по цеху, в кинематограф пришел “профессионально” — он учился в Гвадалахаре, в центре кинематографии и телевидения. Далеко не все его короткометражки сохранились, однако же даже в самых ученических своих работах он экспериментировал с символами и мифами, сказочными героями и готическими сюжетами.
 
Увлечение готикой и перевоплощением из ужасного в прекрасное и наоборот привело Гильермо в мастерскую грима и спецэффектов: более 10 лет будущий мексиканский режиссер с мировым именем занимался изучением спецэффектов, грима, костюма. В свободное от работы время дель Торо занимался организацией международного фестиваля в родном городе (Гвадалахара), а также развитием собственной компании - продюсерского центра Nectopia.
 
Именно под брендом Nectopia был выпущен первый художественный фильм Гильермо дель Торо “Хронос”, — яркая жанровая кинофантазия на тему вампиров, инквизиции и бессмертия.
 
Хронос
 
Снятый за 2 миллиона долларов, “Хронос” стал вторым самым высокобюджетным фильмом в истории мексиканского кино. 29-летний дель Торо выступал в нем и как продюсер, и как сценарист, и как режиссер. Гильермо дель Торо вложил в производство личные 500 тысяч, которые получил в качестве банковских кредитов! Чтобы закончить производство фильма, пришлось идти на решительные шаги: так, например, актер Рон Перльман согласился сильно сократить собственный гонорар…
В фильме рассказывается история про таинственный золотой предмет, похожий на жука, некое устройство “Хронос”, которое дарует молодость и вечную жизнь Иисусу Грису, торговцу антиквариатом, который нашел его как-то раз в статуе Архангела.
Однако не только он один знает про “Хронос” — смертельно больной аргентинский промышленник отчаянно ищет устройство после того, как прочитал дневник средневекового алхимика, который изобрел “Хронос”. Он посылает своего американского племянника, чтобы выкрасть его у Иисуса.
 
“Хронос” — жанровое кино про вампиров, но сделанное так убедительно и так хорошо, что удовлетворяет запросам как массового зрителя, так и любителей артхауса (Washington Post)
 
В “Хроносе” соединяется и политическая сатира, и поэтическое исследование опасности “вечной жизни”. Это определенно ужастик и совершенно точно — высокое искусство.
 
Умение делать кино  и для масс, и для избранных не смогли не оценить в Голливуде. Почти сразу же после проката “Хроноса” на фестивалях 1993 года дель Торо встретился с представителями студии Юниверсал, которые убеждали его продать ему права на фильм “Хронос”, чтобы они могли сделать ремейк. Тогда режиссер очень скептически отнесся к предложению: “Ну кто хочет смотреть на то, как Джек Леммон будет слизывать кровь с пола в ванной?” — был его ответ.
 
Несмотря на то, что с ремейком решили повременить, следующий свой фильм Гильермо уже снимал не в маленькой студии в Гвадалахаре, а делал вместе с Мирамаксом. В прокат второе детище дель Торо вышло под ярким названием “Мутанты” (Mimic, 1997) и, естественно, имело продолжение (Мутанты-2 и Мутанты-3, которые вышли спустя несколько лет).
 
В “Мутантах” режиссер Гильермо Дель Торо создал темный, гротескный мир, на который трудно смотреть, и на который невозможно перестать смотреть. (San Francisco Chronicle)
 
История снова насыщена аллегориями и насекомыми: если в “Хроносе” бессмертие даровал золотой жук, то здесь борьба людей ведется с мутировавшими созданиями, искусственно выведенными в лаборатории полу-богомолами, полу-термитами. Эти “Иуды” (снова библейское имя) должны спасти современный город от нашествия тараканов и умереть, так как производить на свет потомство они не должны.
 
Однако лабораторный опыт оказывается более живучим, нежели думали его создатели-ученые: мутанты не просто научились воспроизводить себе подобных, они соорудили что-то вроде подземной цивилизации, невидимой человеку. Борьба с ними, захватывающая и кровожадная, и становится в центре нового хоррора дель Торо.
 
Как и во многих сказках, ужастики делятся на два типа. Один — это нарушение запрета: не ходите в лес, и подчиняйтесь своим родителям. Другой тип сказки совершенно анархичен и не имеет ничего общего с правилами общества, в котором мы живем.
 
“Мутанты” не стали таким кино-прорывом, как “Хронос”, хотя для американской аудитории подобный замес “Чужого”, “Нечто”, “Левиафана” и прочей научно-фантастической жути был в новинку. Гильермо попал в точку с цитатами и героями, однако же самому ему не очень понравилось сотрудничать с Голливудом. Несколько разочарованным он вернулся к кинопроизводству на местном уровне, поддерживая телепроекты и проекты своих друзей.
 
Например, благодаря ему появился на свет фильм “Приют” — дебютная картина сценариста Серхио Санчеза. Серхио Санчез написал сценарий в 1996 году. И поначалу хотел быть режиссером фильма — однако вскоре понял, что ни одна испанская студия не позволит режиссеру-новичку руководить таким большим проектом. Санчез обратился за помощью к Хуану Антонио Байоне, а тот попросил своего друга, Гильермо дель Торо, помочь и стать продюсером картины, повлиять на студии и увеличить бюджет и время съемок.
 
Дель Торо не просто согласился — он принял живейшее участие в ленте, что отражается и в ее стиле, и в ее атмосфере: его присутствие угадывается во всем, особенно же в том, что перед зрителями снова возникают дети, которые сталкиваются с Ужасным.
 
Фильм полон кадров, которые делают нас свидетелями ужасного — но ужасное это не в том, что “Приют” показывает нам, а в том, о чем мы можем догадаться… (San Francisco Chronicle)
 
Хребет дьявола
 
Я не могу сформулировать это, но к моменту, как я завершаю работу над фильмом, для меня это — единственный фильм и одновременно все те фильмы, которые я мечтал снять. Знаете, люди говорят, "мне нравятся твои испанские фильмы больше, чем твои фильмы на английском языке, которые не такие личные”, а я говорю "к черту! вы ошибаетесь!" “Хеллбой” такой же личный для меня, как и “Лабиринт фавна” — они разные по тональности. Да, если тебе нравится один больше другого — другой может казаться банальным... Но для меня все мои картины — часть одного и того же фильма. Ты снимаешь один фильм всю жизнь.
Хичкок снимал один фильм всю жизнь

 
“Хребет дьявола”, про признанию дель Торо, самый любимый его фильм. Надо сказать, что это “любимое дитя” режиссера находилось в производстве 16 лет. Режиссер написал первый вариант сценария еще до выхода на экраны “Хронса”. Это была сильно отличающаяся версия от финала, хотя и атмосферно ее предугадывающая.
 
Собственно, сама идея оригинального фильма оформилась тогда, когда Гильермо дель Торо на фестивале в Майами после показа “Хроноса” столкнулся с Педро Альмодоваром. Альмодовар сказал, что только что посмотрел “Хронос” и готов выступить продюсером следующего фильма дель Торо.
 
Произведение дель Торо, в одинаковой степени пугающее, волнующее и мелодраматичное. (Entertainment Weekly)
 
Сюжет фильма — как и его остальные произведения — тесно связан с личными переживаниями Гильермо дель Торо и его детскими воспоминаниями. “Хребет” рассказывает историю детского приюта, расположенного в Испании, во время Гражданской войны (которая предшествовала Второй Мировой войне).
 
Главный герой, глазами которого показан мир, — подросток, потерявший родителей. Он оказывается в чуждом ему мире “приютских” детей, там, где атмосфера дома сменяется атмосферой страха и подчинения. Карлос оказывается частью местной иерархии, но если днем он переживает страх за свою жизнь и сталкивается с необходимостью отстаивать свои права в драках с мальчишками постарше, то ночью все усугубляется: с ним общается некий призрак, который раскрывает тайны приюта и в конце концов помогает Карлосу справиться с самым главным из врагов.
 
“Хребет дьявола” сравнивают с “Другими”, в нем есть та же мысль и сила, однако “Хребет” более убедительный и неотразимый (Chicago Sun-Times)
 
“Хребет дьявола” называли маленьким чудом: испаноязычная лента покорила критиков и зрителей и окончательно оформила представление о дель Торо как о гениальном мастере атмосферного хоррора, где главным героем так или иначе становится ребенок.
 
Я ненавижу голливудские фильмы с детьми, когда те показаны как счастливые, безмозглые существа, которые изрекают истину.  То, что я пытался показать в фильме “Хребет дьявола”  — насколько опасно быть ребенком. Много раз в жизни я видел, как дети чуть не убивали друг друга.
 
Помимо прочего “Хребет” стал началом названной Гильермо “трилогии” о войне в Испании и о влиянии войны на детство (да и на всю нацию), которое не имеет “срока годности” — и ощущается раз и навсегда.
 
Продолжением и самой на сегодня известной работой дель Торо в цикле его фэнтезийных испанских драм стал “Лабиринт фавна”, вышедший в 2006 году. Фильм вошел в официальную программу Каннского фестиваля, получил три BAFTA, трех Оскаров (лучшая операторская работа, лучшая работа художника-постановщика, лучший грим) и был номинирован на Золотой глобус в категории “лучший фильм на иностранном языке”. Разочаровавшись в Голливуде, дель Торо работал с национальными студиями — и представлял во всех фестивалях свою родную Мексику.
 
Это история-сказка, мрачная, тяжелая, созданная в духе полотен Карлоса Хименеса и Гойи, чем-то похожа на “Алису в Зазеркалье” — в ее центре юная героиня, которая бежит от ужасов войны и окружающего ее мира в мир фантазий, которые оказываются не менее мучительными.
 
Дель Торо очень тщательно подошел к выбору актеров на главные роли: девочка, ее мать, злодей-отчим, верная служанка — вот квартет главных героев, типажей, на которых держится сказочное повествование. И, разумеется, Фавн, в сети которого попадает героиня.
 
Ничего подобного вы не видели раньше. Это захватывающая смесь ужаса, истории и фантазии, которая работает одновременно на каждом уровне (The Globe and Mail)
 
Ивана Бакеро, которая сыграла Офелию (принцессу подземного мира Моанну), была найдена Гильермо совершенно случайно.
 
Героиня, которую я создал, была первоначально моложе Иваны: ей около 8 или 9 лет. Когда Ивана пришла на пробы, она была немного старше, чем персонаж, с ее вьющимися волосами, которые я больше никогда ни у кого не видел. Но я полюбил ее с первого же взгляда: моя жена плакала, и оператор плакала после ее первого выступления, и я понял, что Ивана была лучшей актрисой на роль… но я также понимал, что мне нужно изменить сценарий под нее — чтобы учесть ее возраст
 
Ивана Бакеро сказала, что дель Торо помогал ей готовиться к роли — он присылал ей много комиксов и сказок, чтобы помочь ей окунуться в атмосферу фильма и прочувствовать то, что чувствовала Офелия.
 
Злодея-отчима в фильме сыграл известный комедийный испанский актер Серхи Лопес. Он отговаривал дель Торо от того, чтобы режиссер на такую серьезную роль брал его - в первую очередь из-за своей репутации. Однако же Гильермо заявил, что репутация Лопеса его не волнует — и не ошибся: главные смешной человек Испании сыграл страшного психопата убедительно и правдиво. Настолько, что никто и не заподозрил в нем хоть сколько-нибудь комический потенциал.
 
Буквально и фигурально выражаясь — чудо, богатое, дерзкое сочетание фантазии и политики (Village Voice)
 
Наконец, на роль Фавна дель Торо пригласил своего друга и соратника, Дага Джонса. Даг снимался в “Мутантах” и “Хеллбое” дель Торо. И именно ему должна была достаться ключевая роль мифологического персонажа, этого проводника из мира мертвых в мир живых. С Джонсом как раз возникли самые большие сложности во время съемок: Гильермо дель Торо наотрез отказался делать английскую версию сценария для единственного неиспаноговорящего актера в своей драме. А Даг не просто не знал испанского - он вынужден был каждый день в течение пяти часов (пока наносили грим) учить свои реплики слово в слово, консультируясь по правильному произношению каждой фразы. Позже дель Торо все же решил озвучить Дага Джонса и пригласил для озвучки известного театрального испанского актера. Но труды Джонса не пропали даром: благодаря тому, что тот произносил слова на испанском, Пабло Адану не составило труда “попасть” в мимику озвучиваемого персонажа.
 
“Лабиринт Фавна”, как и его потрясающий "Хребет дьявола", новый фильм мексиканского хоррормейстера Гильермо дель Торо рассказывает нам как о реальных, так и фантастических чудовищах, и если вы знаете его работу, вы не будете тратить время на выяснение, что из этого правда, а что - вымысел (L.A. Times)
 
Дель Торо анонсировал в 2009 году выход третьей части испанской трилогии — но к сожалению, до сих пор это так и осталось на стадии проработки. Что, впрочем, никак не повлияло на плодовитость режиссера и сценариста.
 
В первое десятилетие 2000-х, после успеха “Хребта дьявола”, он не только активно участвует в продюсировании независимых мексиканских проектов (самым удачным и самым знаменитым из них стал “Бьютифул” и “Мама”), но и принимается за совершенно “американскую” историю — создание сценариев по комиксам и экранизацию их.
 
Вы не можете стремиться сделать фильм, столь причудливый, как “Лабиринт Фавна” (2006) на Голливудской фабрике машин. В нем все будет проверено и отмечено руководителями, истаскано до смерти, и в конечном итоге будет иметь счастливый конец…. и все вот это дерьмо… И в то же время, вы не можете сделать такое красивое и величественное зрелище, как “Тихоокеанский рубеж” (2013), если вы делаете это в Мексике или Испании.
 
 Комиксы
 
В 2004 году дель Торо совместно с Майклом Миньоной (автором комиксов “Хэллбой” и создателем персонажа) приступили к разработке сценария и написанию экранной версии для первого фильма, который намеревалась снять независимая студия Revolution и голливудская Columbia.
 
На главную роль дель Торо предложил своего друга и давнего соратника, Рона Перлмана: не очень молодой, довольно мощный и фактурный, Рон выглядел как интересная находка на роль супергероя, наделенного сверхъестественными способностями: согласно легенде, Хэллбой — это чертенок, который появился на земле в момент, когда “твердь земная разошлась”... Конечно же, у него есть и свое сакральное имя, которым он предпочитает не пользоваться, дабы не будить в себе зверя (буквально). Главным антагонистом Хэллбоя в этой американской фантасмагории становится Григорий Распутин, воплощение всего богомерзкого и ужасного. Действие блокбастера происходит то в России, то в США, а сам Хэллбой является агентом тайного отдела ЦРУ по борьбе с паранормальными отделами (как и усыновивший его профессор Брум).
 
Первая часть комикса стала довольно-таки крупным успехом: умение дель Торо нагонять страху и сочетать реальное с мистическим превратило стандартный комикс про супергероя в интригующую историю. Перлман добавил огня — и зрители вместе с критиками, несмотря на то, что фильм неподготовленному человеку постигать было бы крайне сложно, дали высокую оценку.
 
А в Роне Перлмане дель Торо нашел актера, который не просто играет супергероя, но и наслаждается им... Он жует сигару, дергает себя за хвост и сражается со своими демонами с очевидным удовольствием. Вы можете увидеть актера в процессе создания персонажа, с которым почти невозможно что-либо сделать. (Chicago Sun Times)
 
О продолжении “Хэллбоя” дель Торо заговорил уже на съемках “Лабиринта фавна”: а успех испанской ленты дал режиссеру все карты в руки, по крайней мере в той части, которая касалась бюджета новой картины. Правда, ему пришлось поменять студию: в 2006 году “Хэллбой-2” был куплен Universal Pictures, чтобы выпустить в свет новый фильм летом 2008 года.
 
Несмотря на занятость и другие предложения, дель Торо решился остаться с «Хеллбоем» по «профессиональным и личным причинам». Майкл Миньона и Гильермо дель Торо, работавшие над первым сценарием, решили больше сосредоточиться во втором фильме на фольклоре и сказках.
 
Это совсем другая история. Это не машины и безумные учёные, это старые божества и герои, которые были отвергнуты нашим миром. Если можно с чем-то сравнить, то это похоже на ситуацию с американскими индейцами. Индейцы были бесправны в той стране, в которой жили. Есть старые мудрые индейцы, которые говорят: „Таков наш путь. Мы не можем больше бороться. Мы просто должны принять нашу участь“. Затем Джеронимо говорит: „Или мы можем просто убить Белого Человека“. Это примерно та же ситуация, которую мы имеем в фильме. У нас в фильме есть эльфы, покоряющиеся существующему порядку вещей, и один из них говорит: „Мы можем повернуть мир назад“. Главное отличие: индейцы не располагали ядерной боеголовкой. Эльфы обладают своим эквивалентом оружия, гибельным для мира, чтобы его использовать. Что если эти парни решат им воспользоваться? (Майкл Миньона)
 
Второй “Хэллбой” получился более интеллектуальным и утонченным, более похожим на все то, что делал Гильермо дель Торо до комиксов: на страшную сказку, в которой больше правды, чем в иных политических драмах.
 
Вот что я люблю в сказках; они про правду, а не про организованную политику, религию или экономику. Эти вещи разрушают душу. Это главная моя идея в "Лабиринте Фавна" (2006), и она же появляется в первом “Хэллбое” (2004) и, в некоторой степени, во всех моих фильмах.